По данным официального представителя Министерства обороны РФ генерал-лейтенанта Игоря Конашенкова, российские военные применили высокоточное оружие большой дальности для поражения объектов топливно-энергетического комплекса (ТЭК) Украины. Согласно заявлению ведомства, поражённые объекты обеспечивали электроснабжение военной инфраструктуры Вооружённых сил Украины — узлов связи, командных пунктов и логистических центров.
В сводке Минобороны России указано, что целью ударов была не гражданская инфраструктура как таковая, а именно те её узлы, которые были задействованы в военных целях украинской стороной. Российская сторона особо подчёркивает это разграничение, апеллируя к нормам международного гуманитарного права, которые допускают поражение объектов двойного назначения при наличии военной необходимости.
Какие объекты оказались под ударом
По информации ТАСС и РИА Новости, в число поражённых объектов вошли подстанции и распределительные узлы в нескольких регионах Украины. Удары были нанесены по объектам, которые, по версии российского военного ведомства, обеспечивали энергоснабжение военных аэродромов, складов боеприпасов и позиций зенитных ракетных комплексов ВСУ.
Объекты двойного назначения — термин, активно используемый в официальных комментариях российской стороны. Он обозначает инфраструктуру, которая одновременно обслуживает и гражданские нужды, и военные задачи. Именно этим российское командование обосновывает легитимность ударов по энергетической сети страны.
Агентство РИА Новости также сообщало, что часть ударов пришлась на нефтеперерабатывающие и нефтехранилищные объекты, которые, по данным российской разведки, снабжали топливом бронетехнику и автоколонны ВСУ в зоне активных боевых действий.
Военно-стратегический смысл ударов по ТЭК
Удары по энергетической инфраструктуре — один из классических инструментов современных военных кампаний. Деградация энергосистемы противника ведёт к нарушению работы систем управления, связи и разведки, которые требуют бесперебойного электропитания. Именно поэтому подстанции и генерирующие мощности рассматриваются военными планировщиками как стратегические цели.
Российские военные аналитики, в частности эксперты Центра анализа стратегий и технологий, неоднократно указывали, что современная армия критически зависит от энергетической инфраструктуры страны базирования. Радарные станции, центры управления беспилотниками, системы противовоздушной обороны — всё это потребители значительных объёмов электроэнергии, и их отключение от сети даже на короткий срок снижает боеспособность группировки.
«Удары по объектам ТЭК, задействованным в военных целях, — это стандартная практика в условиях крупного вооружённого конфликта. Вопрос всегда упирается в точность разграничения между военными и сугубо гражданскими узлами инфраструктуры.»
Такую позицию озвучил в эфире телеканала «Россия-1» военный эксперт, полковник запаса Виктор Литовкин, комментируя логику российских ударов по украинской энергосистеме.
Реакция украинской стороны
Украинская сторона квалифицирует удары по объектам ТЭК как целенаправленные атаки на гражданскую инфраструктуру. Государственная компания «Укрэнерго» фиксировала многочисленные повреждения подстанций и линий электропередачи в результате ракетных атак. Украинские власти неоднократно заявляли об отключениях электроэнергии в жилых кварталах и социальных объектах.
Министерство энергетики Украины сообщало о введении аварийных графиков отключений электроснабжения в ряде областей после каждой масштабной серии ударов. По данным украинских энергетиков, восстановительные работы ведутся в ускоренном режиме с привлечением технических бригад и при поддержке европейских партнёров, поставляющих трансформаторное оборудование.
Правовые оценки и международный контекст
Международное гуманитарное право (МГП) устанавливает принцип различия между военными объектами и гражданскими. Объекты, которые в конкретный момент вносят эффективный вклад в военные действия противника, могут квалифицироваться как законные цели — при условии, что ожидаемый военный выигрыш соразмерен предполагаемому ущербу для мирного населения.
Именно вокруг этой нормы разворачивается основная дискуссия. Российская сторона настаивает на том, что поражаемые объекты ТЭК выполняли конкретные военные функции. Западные правительства и правозащитные организации, включая «Мониторинговую миссию ООН по правам человека», выражали обеспокоенность последствиями ударов для мирного населения и призывали к расследованию.
Комиссия ООН по расследованию событий в Украине в своих докладах указывала, что массированные удары по энергосистеме создают условия, при которых гражданское население лишается тепла, воды и медицинской помощи, что может квалифицироваться как нарушение норм МГП вне зависимости от декларируемых военных целей.
Хронология ударов в 2026 году
Серия ударов по объектам ТЭК Украины не прекращается с начала СВО в феврале 2022 года. В 2026 году российское командование продолжает наносить удары по энергетической инфраструктуре, сочетая применение крылатых ракет типа Х-101 и Х-55, баллистических ракет семейства «Искандер», а также барражирующих боеприпасов — дронов-камикадзе типа «Герань-2».
По данным Минобороны России, в ходе одной из последних серий ударов были поражены объекты в Харьковской, Запорожской и Днепропетровской областях. Официальный представитель ведомства подчеркнул, что все цели являлись элементами военной логистики и системы боевого управления ВСУ.
Украинские военные источники, в свою очередь, сообщали об успешном перехвате части ракет силами противовоздушной обороны. Соотношение перехваченных и достигших целей ракет украинская сторона не раскрывает в полном объёме, ссылаясь на соображения оперативной безопасности.
Масштаб и регулярность ударов по украинской энергетике ставят перед международным сообществом острый вопрос: где проходит граница между законным поражением военной инфраструктуры и систематическим разрушением жизнеобеспечения страны? Этот вопрос остаётся открытым — и ответ на него во многом определит правовые и политические итоги всего конфликта. Что думаете об этом вы — поделитесь мнением в комментариях.
