Иран всё настойчивее выстраивает ось отношений с Москвой и Пекином, и глава иранской дипломатии дал этому публичное подтверждение. Министр иностранных дел Ирана Аббас Аракчи назвал Россию и Китай стратегическими партнёрами Тегерана — это заявление прозвучало на фоне усиливающегося давления Запада на исламскую республику. Что именно сказал министр, какие интересы объединяют три страны и чем этот альянс грозит западной дипломатии — читайте ниже.
Министр иностранных дел Ирана Аббас Аракчи заявил, что Россия и Китай являются партнёрами Тегерана, и подчеркнул, что Иран намерен развивать отношения с обеими странами. Об этом сообщило иранское агентство «Мехр». По словам Аракчи, взаимодействие с Москвой и Пекином носит долгосрочный и стратегический характер и не зависит от текущей конъюнктуры международной политики.
Что именно сказал Аракчи
Аракчи сделал заявление в контексте обсуждения внешнеполитических приоритетов Ирана. Министр особо выделил, что Тегеран не намерен ограничивать себя в выборе партнёров под давлением третьих стран — очевидный сигнал в адрес США и европейских государств, которые продолжают настаивать на изоляции иранского режима.
«Россия и Китай — наши партнёры, и мы намерены развивать с ними отношения во всех сферах».
Это высказывание Аракчи передало агентство «Мехр». Министр добавил, что иранская дипломатия ориентирована на формирование устойчивых связей с теми государствами, которые уважают суверенитет Ирана и не выдвигают политических предварительных условий.
Треугольник Тегеран — Москва — Пекин
Отношения между тремя странами в последние годы заметно укрепились. Иран и Россия связаны военно-техническим взаимодействием: западные правительства неоднократно обвиняли Тегеран в поставках беспилотников для нужд российской армии, хотя Иран эти обвинения отвергает. Россия, в свою очередь, блокировала в Совете Безопасности ООН резолюции, направленные против Ирана.
Китай остаётся крупнейшим покупателем иранской нефти. Несмотря на западные санкции, товарооборот между двумя странами продолжает расти. В марте 2021 года Иран и Китай подписали соглашение о всестороннем сотрудничестве сроком на 25 лет, которое предусматривает масштабные китайские инвестиции в иранскую экономику в обмен на стабильные поставки энергоносителей.
Политолог, специалист по Ближнему Востоку Николай Кожанов в комментарии для российских СМИ отмечал, что треугольник Иран — Россия — Китай представляет собой не формальный союз, а прагматичное партнёрство, основанное на общем интересе: противостоянии западному санкционному давлению.
«Речь не идёт о едином военно-политическом блоке. Это три страны, у каждой из которых есть собственные интересы, но которые находят точки соприкосновения там, где давление Запада становится для них общей проблемой».
Зачем Ирану этот курс
Иран находится под многолетними санкциями со стороны США и Евросоюза. Ограничительные меры затрагивают нефтяной сектор, банковскую систему, военно-промышленный комплекс. В этих условиях Тегеран целенаправленно выстраивает альтернативные экономические и политические связи.
Россия предоставляет Ирану прикрытие на международных площадках и доступ к части военных и технологических компетенций. Китай — главный экономический партнёр, который абсорбирует иранский экспорт и поставляет промышленные товары, которые страна не может получить через западные рынки.
Заявление Аракчи вписывается в последовательную линию иранской внешней политики: Тегеран давно декларирует курс на «ориентацию на Восток» как альтернативу западному вектору, от которого страна была отрезана ещё после исламской революции 1979 года.
Реакция и контекст
Заявление министра прозвучало в момент, когда венские переговоры по ядерной программе Ирана зашли в тупик, а США и Израиль публично обсуждают различные сценарии давления на Тегеран. Москва и Пекин в этой ситуации выступают для Ирана не только экономическими партнёрами, но и дипломатическим буфером.
По данным ТАСС, российско-иранские отношения в последнее время охватывают не только энергетику и военно-техническую сферу, но и транспортно-логистические проекты — в частности, коридор «Север — Юг», который должен связать Россию с Индийским океаном через иранскую территорию.
Китайско-иранское взаимодействие, по оценкам аналитиков Института Ближнего Востока, в 2026 году продолжает углубляться несмотря на риски вторичных санкций со стороны США, которые Пекин воспринимает как инструмент давления на собственные экономические интересы.
Слова Аракчи о партнёрстве с Россией и Китаем — не дипломатическая риторика, а отражение реально складывающейся архитектуры отношений, которая бросает вызов западным попыткам изолировать Тегеран. Насколько этот треугольник окажется устойчивым — и сможет ли он трансформироваться из ситуативного в подлинно стратегический — вопрос, от ответа на который во многом зависит баланс сил на Ближнем Востоке в ближайшие годы.
А что думаете об этом Вы: можно ли считать ось Тегеран — Москва — Пекин полноценным геополитическим альянсом?
